Кадры вместо ыборов

Вялотекущесть и абсолютная предсказуемость президентской кампании вовсе не отменяют напряженного ожидания «жизни после выборов». Власти, от мала до велика, «пришипились, надеясь на авось», как говорил недавний юбиляр Высоцкий, – и вовсе не потому, что приветствуют веселые старты каких-то политических изменений или, оборони Создатель, экономических реформ. На этом фоне кремлевские демиурги операции «Преемник» не столько обеспокоены, сколько слегка раздражены подобными ожиданиями. Десяток охранительных публицистов (у нас в Саратове эту нишу занимает Дмитрий Чернышевский) хором заявляют о тщете надежд на «оттепель», открытым текстом проговаривая, что «либеральный» имидж Дмитрия Медведева – не более чем «замануха» для доверчивого Запада.

Тут угадан градус, но не вектор. Наше чиновничество меньше всего напоминает недобитых отечественных либералов, а численно превосходит этих бедолаг, думаю, в сотни тысяч раз. Шевеление воздуха при любых, даже самых регламентированных политических переменах – штука естественная, и кому, как не чиновничьей армии, понимать, какое открывается окно возможностей. Другой вопрос, чего тут ждать: сквозняка, который унесет тебя куда подальше, или благодатного вихря, способного вознести сильно повыше. От 2 марта ждут не результатов, но перемещений: в нашей вертикали привычно работает принцип домино – сдвинутый маленький камешек в центре способен породить лавину отставок-назначений в провинции.

Процедуру назначения сити-менtджера Саратова разумно отложили до марта, на «после президентских выборов». Помимо политической целесообразности здесь есть и практическая польза – возможность довольно долгое время наблюдать «в деле» и.о. главы администрации Саратова Сергея Тульского, оказавшегося в сити-менеджерском кресле после уволившегося по собственному Николая Романова. Тульский по политической генеалогии принадлежит к той же самой «энгельсской» группировке, что и Романов, но общественное мнение сделало их непримиримыми историческими оппонентами. Муниципальную хронику теперь рассматривают «до Романова» и после, причем исключительно в пользу Николая Степановича. Тульский, фигура поначалу техническая и незаметная, ныне известен практически каждому саратовцу, причем отнюдь не в качестве административного гения. Знаменитым Тульского сделала национальная триада из погоды, природы и стихии, причем стихия – громко сказано, но Тульскому хватило. Собственно, он повторил судьбу любого маленького бонапарта, хоть импортного, хоть собственного производства.

Администрация Тульского, похоже, оказалась не способна следовать даже элементарным правилам поведения отечественного чиновничества – не можешь решить проблему, сумей ее хотя бы качественно заболтать. Нет, был какой-то детский лепет про традиционную нехватку техники с арифметическими нестыковками и отправка журналистов не на три, но четыре буквы. На сайт мэрии.

Но в унисон с прессой по ситуации в городе высказался губернатор, причем явно в несвойственной для себя манере. Обычно сдержанный и корректный Павел Леонидович выдал администрации Тульского такой набор оценок и претензий, что отмолчаться было невозможно.

Может быть, впервые за многие годы обсуждение последствий снегопада в Саратове меньше всего напоминало политические разборки между группами влияния. Мнение было на редкость единодушным (правда, отмолчались функционеры «Единой России», кроме молодогвардейца Сергея Нестерова), и в комментариях сквозило не злорадство с предвкушением, но подлинная боль за состояние городского хозяйства. Здравый смысл подсказывает, что снегопад конца января завалил все шансы Сергея Тульского на грядущее сити-менеджерство. Однако если бы у нас в кадровой политике руководствовались здравым смыслом… Сколько было разговоров о том, что городу необходим крепкий хозяйственник, однако самыми приемлемыми критериями продолжают оставаться партийность, незаметность, готовность договариваться (а точней, прогибаться). Словом, на городское царство нужен очередной Миша Романов (не путать с Николаем Романовым), которого бы никто не боялся… Так что Сергей Николаевич может успокоиться – во всяком случае, до следующего снегопада с наводнением.

Между тем отказ от комментариев местных иерархов «ЕР» любопытен по множеству причин, но главных две. Во-первых, еще в 2005 году, по уходу Аксененко, партия власти взяла на себя всю ответственность за происходящее в Саратове. И два года эту ответственность несет - тогдашних заявлений никто не отменял, и потому причина скромного молчания по поводу нынешней ситуации вполне очевидна.

Во-вторых, практически все ключевые саратовские игроки, претендующие на участие в процессе назначения главы администрации, в качестве идеологической базы заявили нехитрый тезис «Кого партия назовет – тот и будет». Безусловно, подобный подход вполне вписывается как в общегосударственную (оставим за скобками президентские выборы), так и в местную картину политического монополизма. Но ко всему прочему он еще и означает, что партийная ответственность за происходящее в Саратове устанавливается и де-юре, и де-факто.

А вот как раз с ответственностью после выборов, на мой взгляд, совсем разладилось. Пропасть между властью и народом увеличилась многократно. И раньше народная тропа в местные редакции не зарастала, но сейчас чуть ли не каждый мой коллега может гордиться, полагая себя Лениным, то ли лежащим в Мавзолее, то ли еще живым, принимающим ходоков. Набор людских проблем все тот же и читается по одному выражению лиц – ситуация с ТСЖ и управляющими компаниями, произвол в образовательной сфере, повсеместные взятки и поборы, жилищно-коммунальные палазники, директора школ и заведующие детсадами, безымянные менты и именитые прокуроры…

Если публичная политика, при всех своих минусах, вынуждена обращаться к народу напрямую, то кадровый вопрос - это всегда посредническая схема. Причем между властью и властью.