Новые правила аккредитации журналистов в Саратовской областной думе депутаты утвердили на своем очередном, третьем по счету пленарном заседании. Их разработал председатель думского комитета по культуре, общественным отношениям и информационной политике Андрей Россошанский, одновременно являющийся председателем ГТРК «Саратов». То есть господин депутат, ранее издававший также городскую газету «Новый стиль», по отношению к прессе лицо не последнее, и если говорить вообще об отношениях его с прессой, то они, похоже, перешли на какой-то личностный уровень, не совсем стыкующийся со статусом лица публичного. Не исключено, что здесь имеет место банальная обида на «щелкоперов», без пиетета относящихся к такой важной персоне; на фотокоров, подловивших несколько раз господина Россошанского в моменты не самого приятного выражения лица; на прессу вообще, которая, за исключением тележурналистов с подведомственного ему государственного телеканала, не спешит прославлять его депутатские подвиги. В общем, много чего накопилось, а таить все в себе, по законам психической деятельности, для человека крайне вредно. Так что мы тоже должны с пониманием отнестись к Россошанскому как к личности и спокойно принять его условия игры. В конце концов, каждый человек имеет право на самовыражение, и если наш депутат самовыражается именно так, то и ради бога. Что же касается презентованных нам новых правил аккредитации, то особых поводов для беспокойства здесь, скорее всего, нет. Заморочек, конечно, для желающих аккредитоваться в облдуме прибавится, поскольку подтверждать аккредитацию теперь придется ежегодно на протяжении всего думского созыва, но, по большому счету, это не самая большая проблема. К тому же у прессы в загашнике всегда есть федеральный закон «О СМИ», который, если правильно им пользоваться, много чего гарантирует, в том числе и допуск в государственные учреждения, каковым является областная дума. Зато мы теперь можем не беспокоиться о психическом здоровье Андрея Россошанского, поскольку он благополучно выплеснул все наболевшее, пусть и на наши головы, но, честное слово, хуже нам от этого не станет.
Другое дело - остальные депутаты, у которых нет подведомственного телеканала, который не даст забыть избирателям о своей драгоценной персоне. Ведь что выяснилось в ходе дебатов вокруг этих пресловутых новых правил? Выяснилось, что депутаты очень хотят, чтобы о них писали и чтобы их показывали по телевизору. Но еще больше они хотят, чтобы писали о них только хорошо, а это не всегда стыкуется с реалиями окружающей действительности. Есть, например, у думы подведомственное СМИ – там показать себя во всей красе, конечно, можно; но не факт, что все это прочитает самая широкая публика. Публика просматривает разные СМИ, в которых, извините, редко пишут про депутатов хорошо. Поэтому депутаты и зацепились за «изюминку» новых правил – прежде чем аккредитовать «щелкопера» на очередной срок, посмотреть, сколько и чего хорошего он понаписал про облдепов, и если этот обзор будет удовлетворительным, тогда и продлить аккредитацию. Короче, замысел таков – не мытьем, так катаньем заставить себя полюбить. Оч-чень интересное намерение. Но в принципе это и есть тот стержень, на котором держится не слишком уверенная в себе власть: если не получается быть реально сильной, то надо заморочить людям головы, создать вокруг себя виртуальный мир и объявить его единственно существующим в окружающем пространстве. «Дженерейшн-пи», в общем, если кто еще не забыл Пелевина.
Такая же беда и с нашей Общественной палатой. Пленарное заседание, о котором речь, со всей мучительной очевидностью подтвердило: палата будет такая, какую и ждали. То есть не станет головной болью для власти. К чему тогда, спрашивается, были эти более чем двухлетние невротические метания вокруг законопроекта «Об Общественной палате Саратовской области»? Вернее даже, вокруг нескольких его вариаций; хуже - лучше, демократичнее - недемократичнее; Мальцев – Ландо, опять Россошанский, губернатор; представители общественности бились насмерть по поводу законопроектных постулатов; проголосуют – не проголосуют депутаты, опять забаллотировали… В памяти вашего корреспондента, два с половиной года отслеживавшего все эти законотворческие перипетии, только и остались ошметки тех баталий, но и их сохранять уже не имеет смысла. Впрочем, изначальная постановка вопроса «Зачем все это было?» остается в силе. Понятно, что общественность очень хотела эту палату, и, пожалуй, не было ни одного представителя от общественности, который не хотел бы туда попасть. Понятно, что исполнительная власть, равно как и законодательная, и в мыслях не держала ослушаться пожеланий власти федеральной о создании палат в каждом российском регионе. В качестве образца и была представлена Федеральная палата, которая сегодня пошла уже на второй срок. Стоит ли говорить о ее пользе для развития гражданского общества, честно говоря, не знаю. Помнится, когда в СМИ подводили итоги ее первого созыва, ни одного внятного «за» или «против» так и не обнаружилось. Обнаружилось же другое: подавляющее большинство соотечественников так и не поняло, в чем же ее предназначение и чем, собственно, должны заниматься члены Федеральной ОП. На этом фоне саратовские бои вокруг нашей будущей палаты настоятельно требовали номерной приставки к ОП; за номером далеко ходить не пришлось - его любезно предоставила литературная классика в лице А.П. Чехова. Но наконец 31 октября прошлого года, когда стремительно катился к завершению третий созыв облдумы, законопроект стал законом, он и был передан в качестве наследства созыву нынешнему.
Наследством депутаты распорядились очень даже рационально, в том смысле, что не во вред себе. Когда наши аналитики стремились понять, почему же Саратовская ОП не находит поддержку у областных законодателей третьего созыва, подозрения здесь высказывались, в том числе, и такие: облдепы в ожидании переизбрания и слышать не хотят ни о каком конкурирующем органе, которым в разгар избирательной кампании могла бы стать ОП. Но время показало, что это были не совсем правильные предположения, поскольку при грамотном подходе к делу любой орган можно сформировать так, чтобы ни о какой конкурентоспособности и речи бы не шло. Пожалуй, третьему созыву было просто недосуг, и вообще своих личных дел хватало. Ну а с самых первых дней нового года, когда население едва очухалось после новогодней ночи, некто Иван Брянцев, министр и председатель комитета общественных связей правительства области, якобы закатил пробный шар на предмет формирования ОП. Что это было на самом деле, кажется, так никто и не понял, да и время к пониманию не располагало: затяжные каникулы, новостей никаких, все СМИ отдыхают, по телевизору Задорнов с Петросяном, на улице мороз. В общем, собирал ли Иван Брянцев 2 января общественность, чтобы поговорить о кандидатурах в ОП, так и осталось неизвестным. Он говорит, что собирал, общественность говорит, что нет; а впрочем, и не важно. Достоверно известно, что общественность собиралась в субботу ближе к концу января, хотя, похоже, тоже непродуктивно: то есть поговорили и разошлись. Самые же достоверные новости озвучил все тот же Россошанский на третьем заседании облдумы. Он рассказал, что за день до заседания депутатская группа «Единая Россия» сформировала-таки список 16 кандидатов в ОП; при этом претендентов было порядка ста, отобрали из них, стало быть, самых достойных. И не имеет значения, по каким критериям. Хотя… Спикер облдумы Валерий Радаев, например, объяснил специально для журналистов, что критерии были такие: сформировать представительство в ОП от областной думы по отраслевому принципу, чтобы в палате были представлены люди всех профессий и отраслей. Так что в облдумовский список попали священник, водитель трамвая, аспирант, несколько начальников отделов, директор школы, профбосс, аграрий, несколько заместителей директора и т.д. Этот список, не оглашая на заседании, депутаты и утвердили, при одном голосе «против» и одном воздержавшемся. Тогда же стало известно, что, в основном, готов и губернаторский список, в котором, похоже, также выдержан «отраслевой принцип». Таким образом, 16 облдумовских креатур и 16 – губернаторских составили половину палаты, эта половина в начале февраля уже собиралась на организационное заседание, она и выберет еще 32 представителя, и палату можно будет считать сформированной. Что это даст гражданскому обществу, мы пока не знаем, а если честно, то вообще не знаем. Отраслевой принцип был актуален во времена Советского Союза при формировании представительских органов; представительскую функцию все эти Советы, собственно, и исполняли, а больше никакую. Вряд ли стоит ждать от Саратовской общественной палаты чего-либо иного. Обвели ли нашу общественность в очередной раз вокруг пальца? Скорее всего, да. А, с другой стороны, обвести можно того, кто сам позволяет это с собой сделать. В общем, гражданское общество еще не проснулось, а сонное царство нашей власти, конечно, никакой не конкурент. Виртуальный мир, в котором власть комфортно пребывает, оказался удивительно устойчивой структурой.
И еще новости из виртуального мира, озвученные на том же заседании членом правительства – министром строительства и ЖКХ Дмитрием Федотовым: большинство жителей Саратовской области на пике подъема экономики богаты теперь настолько, что могут самостоятельно решать свои жилищные проблемы. Речь идет о социальной ипотеке, от которой предложено отсечь значительную часть ее потенциальных участников. Социальная ипотека, как известно, предполагает участие средств областного бюджета, за счет которых получатели ипотечных кредитов могут их погашать. По областному закону «Об ипотечном жилищном кредитовании» право на участие в социальной ипотеке имеют граждане, обеспеченные общей площадью жилого помещения на одного члена семьи не выше 14 квадратных метров, а также ряд социально незащищенных категорий населения. Закон действует с 2005 года, и к исходу 2007 года стало ясно, что в социальной ипотеке участвует фактически каждый четвертый получатель ипотечного кредита. Возможно, это действительно много, и для регионального бюджета накладно. Если это так, то почему бы не называть вещи своими именами? Но власть, не имея привычки к открытому разговору с гражданами, предпочитает творить свою мифологию, одно из ключевых условий которой – перестановка с ног на голову. Конкретно было сказано так: доходы населения в нашем регионе растут опережающими темпами, и граждане с доходами в 20-22 тысячи рублей, количество которых опять же растет, вполне могут пользоваться обычной ипотекой. По этим обстоятельствам в региональный закон об ипотеке и были предложены изменения, которые депутаты утвердили, и, таким образом, социальные параметры ипотеки претерпели существенные изменения. Не в пользу граждан, поскольку даже доход в 20 тысяч (который, по данным статуправления уже этого года, имеет не больше 14 процентов жителей области) вряд ли позволит совсем уж благополучно решить квартирный вопрос. Даже гордость губернатора Ипатова – миллион квадратных метров жилья, построенных в прошлом году, с учетом стоимости квадратного метра, - это все дефиниции того же виртуального мира, в котором комфортно только власти и который не имеет никакого отношения к просто людям. Как, собственно, и депутаты к своим избирателям, что третье заседание нового созыва в очередной раз и продемонстрировало.
