03.11.2009О нищете политтехнологий и несамостоятельных личностях
Вот уже больше месяца на необъятных информационных просторах губернии разгораются нешуточные поиски тех, кто же стоит за свободным профсоюзом «Студенческая оборона». Кто же это? Масоны? Древнеегипетские жрецы? Сомалийские пираты? А может быть, «агенты влияния» иностранных разведок, пытающиеся вторгнуться в «тихую гавань» расейского болота и раскачать гнилые лодки вчерашней стабильности?
Версий, как и диагнозов, много. Одним из первых эстафетную свечку, освещающую закулисные замыслы «тёмных сил» взял в свои руки пресс-секретарь СГУ Сергей Любимов. Он, в частности заявил: «Я вообще сомневаюсь в существовании такой организации как «Студенческая оборона». Весьма интересно было слышать такие слова от бывшего журналиста «народно-либеральной газеты» «Богатей», который освещал съезд саратовских студентов, организованный весной 2004 года «Студенческой обороной». Ничего личного — надо говорить вещи, не идущие вразрез с «генеральной линией», нынешней должностью и модными трендами, а то начальство не оценит. И вот г-н Любимов следом же заявляет, что «Студенческая оборона» — это провокация заинтересованных лиц. От себя хочу заметить, что, действительно, свободный профсоюз состоит из заинтересованных лиц — тех, кто не хочет, чтобы вузы превратились в придатки религиозных институтов и партии власти. А это большая сила, способная сказать «нет!» превращению образования в товар на коррупционном рынке.
Но возвратимся к теме.
После г-на Любимова в поток «всезнания» скрытых смыслов окунулась Наталья Линдигрин. Барышня, со свойственной ей единороссовской безапелляционностью «соврала маски» — за профсоюзом стоит не кто иной, как Леонид Фейтлихер. Видимо, обладая некими «тайными знаниями», Наталья Александровна причислила главного редактора «Общественного мнения» Алексея Колобродова, присутствовавшего при расклейке антикоррупционных студоборовских листовок к медиа-пулу «зловещего бизнесмена», одним махом обвинив Фейтлихера в разжигании антисемитского скандала, а до кучи и в «дестабилизации ситуации в регионе».
На всё это не без иронии ответили сами студоборовцы: «Мы вообще знакомы с этим человеком (Фейтлихером — Авт.) только из публикаций в прессе, и создаётся впечатление, что региональная «ЕР» пытается сделать из него некоего Вельзевула, виновного во всех грехах человечества. Нам никто и никогда не давал денег, хотя, признаться, такие предложения поступали. Люди, до сих пор считающие, что мы — чей-то политический проект, вероятно, на уровне подсознания не способны понять, что защищать права можно и по собственной инициативе. К сожалению, это говорит только о крайне низкой сознательности и моральных качествах этих индивидуумов».
Несмотря на трезвую отповедь студентов политическим глюколовам, истерия продолжилась… Форумная вонь заполонила университетские кампусы, чиновничьи кабинеты и партийные офисы. Поиски священного Грааля выплеснулись на всеобщее обозрение потоками конспирологического трипа, охватившего, как чума средневековую Европу, массовое сознание политической элиты.
На прошлой неделе интернет-газета «Четвёртая власть» опубликовала статью Дмитрия Антипина «Даёшь, молодёжь». В своём материале автор поднимает тему роста социальной и политической активизации молодёжи. В разделе, посвящённом «Студобору», от поиска «скрытых смыслов», помимо постоянно отмечающихся в этом единороссов, не удержались и представители КПРФ. «Нынешняя власть не позволят существовать какому-то протестному движению, кроме КПРФ, в принципе. Если она терпит критические высказывания в свой адрес, то, значит, сама же их разрешила, а организация является ее завуалированным «филиалом»,— заявляет облдеп Ольга Алимова, комментирующая «Четвёртой власти» активизацию саратовского студенчества вместе с другим облдепом — единороссом Денисом Фадеевым. Последний, как и обязывает его партийная совесть, благодаря которой он так продвинулся, сказал, что, «к сожалению, технологии, применяемые «Студобором», напоминают PR-акции с подменой фактов и невнятной позицией».
Как пишет политолог Борис Кагарлицкий, сегодня в стране господствуют две самые популярные трактовки «всемогущего зла»: «Теория заговора и вера во всепроникающие возможности «политтехнологий». Оба подхода едины в главном: они исходят из представления о том, что любые процессы, в конечном счете, сводимы к закулисным манипуляциям, производимым тайными силами. Непосредственные участники событий — не более чем марионетки, вольные или невольные исполнители чужой воли».
В условиях победивших за годы «стабильности» политтехнологий и канувшего в лету «живого творчества масс» (уличного социального экшена), конфликтующие в обычной жизни политики начинают говорить практически одно и то же, достигая своеобразного консенсуса. За годы «суверенной демократии» в их сознании перестало укладываться осознание того, что без «команды свыше» или их собственного участия в социальной жизни что-то ещё возможно. Кроме того, безапелляционные уверения в духе «за этим кто-то стоит» — являются иллюстрацией несамостоятельности самих трансляторов подобных месседжей, в определённой степени подверженных фрейдистскому «конверсионному синдрому» (хочется надеяться, что только в политическом смысле), с его поверхностностью суждений, внушаемостью и склонностью к фантазированию.
Раз нет ни анализа, ни информации, надо давать откровения. Но мы живём в годину плохих откровений, уже неэффективно воздействующих на умы «электората». Да, во все времена, когда общество было в упадке, отдельные граждане предавались мистике и оккультизму — этим древним аналогам политтехнологий и конспирологии. Но в постпикалёвской России «Студенческая оборона», как и другие создающиеся в разных уголках страны низовые движения граждан, — это серебряные ложечки, которые разобьют скорлупу конспирологических мифов времён торжества политтехнологий, разнарядок и медвежьих массовок.
Антон Морван
